В рамках проекта BeVerySpecial при поддержке Hennessy БЖ разговаривает с обладателями татуировок об их подходе к жизни и умении быть собой. Мы выбрали 11 героев. Каждый из них открыт и честен. Им удается находить баланс между профессиональным и личным, пониманием и отрицанием, увлеченностью и свободой. Жизненный путь любого — искусство находить и миксовать. 

Героем этого материала стал Геннадий Магуза, создатель собственного бренда расчесок и бальзамов для бороды Bro.

Однажды Гена Магуза отпустил бороду, а после этого начал самостоятельно ее стричь. Увлекшись процессом, он принял решение обучиться парикмахерскому ремеслу у лучшего мастера мужских стрижек в этом городе. Теперь ножницы стали главным инструментом Гены, а полгода назад он запустил собственный бренд расчесок и бальзамов для бороды Bro.

О требовательности к себе, красоте и моде на бороду, о том, почему стрижка перестала быть просто стрижкой — мысли вслух от Гены Магузы.

О старте

Если бы не существовало барбершопов, то я бы сам придумал что-то подобное.

Бороду ношу восемь лет, то есть начал еще до того, как это стало мейнстримом. Поэтому плевать на моду и на тренды, я без бороды себя уже и не помню.

Сейчас я отпускаю усы. Это эксперимент для меня, чтобы лучше понимать, с чем я работаю.

Я учился стричь с нуля на протяжении пяти месяцев и продолжаю учиться изо дня в день.

Над первой стрижкой я работал 2,5 часа.

Я мог бы работать и в старой советской парикмахерской. FIRM уже не позиционирует себя как барбершоп. Это хорошая мужская парикмахерская, где мы приводим мужчин в порядок.

С каждой стрижкой получается стричь лучше. Вроде бы делаешь одно и то же, но на самом деле нет. Даже если сделать одинаковую стрижку сотню раз, то первая будет отличаться от последней.

 

 

О стрижках

В моей работе нет рутины, я не делаю одинаковых стрижек. В этой профессии ты никогда не перестаешь совершенствоваться. Есть история, описанная в документальном фильме «Мечты Дзиро о Суши», где повар 75 лет делает суши. У него три звезды Мишлена, он лучший. Каждый день он лепит рис, кладет кусок рыбы и поливает соусом. И все. Но они самые вкусные в мире.

Я мог бы работать и в старой советской парикмахерской. FIRM уже не позиционирует себя как барбершоп. Это хорошая мужская парикмахерская, где мы приводим мужчин в порядок.

Лучший комплимент для меня — это довольные клиенты, которым нравится моя работа. И если их спросят, кто их стриг, они ответят – Гена. Не обязательно меня по телевизору показывать.

Меня даже не напрягает волосы подметать. Потому что я понимаю, что это тоже результат моей работы.

Я не любитель вот этого: “Привет, садись в кресло. Кто ты? Расскажи о себе. Чем занимаешься?”. Возможно кому-то просто хочется час молча посидеть и мысленно отдохнуть.

Когда говорят “сделай красиво” или “сделай на свое усмотрение” — это разные вещи. У каждого представление о красоте свое. Я всегда пытаюсь понять вкусы человека, его взгляды на жизнь, интересы, желания, которые я потом адаптирую под то, что ему подойдет.

Есть люди, которым все равно, что у них на голове. И это их выбор.

Парикмахерские с ценами по 30 гривен — это конвейер, они даже не запоминают лица. Я отношусь к стрижке как к искусству. Это больше, чем просто стрижка.

Бороду достойны носить все, но не у всех она растет.

 

 

О важном

Для меня важно отдаваться на 100 и более процентов, чтобы на выходе получать максимальный результат. На 80-90% тоже будет хорошо, но меня не будет покидать ощущения, что я мог сделать еще лучше.

Человек красивый, когда он принимает себя таким, какой он есть. Если у него нос с горбинкой, то пусть это станет его особенностью.

Бороду достойны носить все, но не у всех она растет

Бывают ситуации, когда меня жизнь сводит с нужными людьми. Я верю в судьбу и верю, что все не просто так происходит. Очень уважительно к этому отношусь и стараюсь такие моменты не херить.

Вообще ни о чем не жалею. Когда жалеешь, то тратишь на это свою энергию. Но ведь это прошлое и нет в этом смысла.

Себе 20-летнему я бы посоветовал взять в руки ножницы.

Если есть результат, уже не важно, как ты это сделал.

Алкоголь меня расслабляет. С возрастом понимаю, что в этом больше удовольствия, чем дурости.

Если бы я открывал свой бар, назвал бы его “BRО”, как и свой бренд. И там бы все называли друг друга бро.

Если бы это была последняя услышанная мною музыкальная композиция в жизни, то это была бы Radiohead — Street Spirit (Fade Out).

О тату

Я считаю, что у меня всего две татуировки. Одна из них — рукав.

Я долго хотел татуировку, но не знал, что именно, а что-нибудь не хотел бить. Очень много классных работ откинул, просто потому что не видел их на себе. Потом однажды увидел работы в направлении Полинезии, народов Майя. Увидел бога Кокопелли и сразу понял, что это мое. У него дреды, он сутулый, в руках музыкальный инструмент — флейта. Я понял, что он - мой символ.

Я делал татуировки для себя, а не для того, чтобы на улицах говорили: “О, классный рукав”.

Я считаю, что у меня всего две татуировки. Одна из них  — рукав

Не жалею ни об одной линии, ни об одном закрашенном сантиметре своего тела.

У меня в голове куча эскизов на все тело.

Родители до сих пор думают, что это временная татуировка. Когда только сделал, то сказал, что это на два года. Потом прошло два года и я даже сам забыл, что такое говорил. Когда спросили снова, ответил, что я ее продлил.

Я буду крутым дедом, с большой бородой, татуировками по всему телу. Если будут волосы, то буду с длинными, если нет — лысым и с большой цыганской серьгой в ухе. Буду лежать в гамаке и курить косяк где-то на островах.

 

Фото, видео: Сергей Сараханов