Buro-O – группа молодых архитекторов и урбанистов, которая занимается городским планированием и дизайном, а также жилыми объектами. В прошлом году ребята победили сразу в двух важных городских конкурсах – на реконструкцию Украинского дома (в рамках международного проекта "Територія гідності") и на преобразование Контрактовой площади (в рамках конкурса КГГА).

В интервью Ивано-Франковскому Urban Space Radio команда Buro-O Влодко Зотов, Алексей Пахомов, Антон Олейник и Сергей Ферлей рассказали о застройке микрорайонов, устаревших законах, застройщиках, а также о том, как украинским городам переосмыслить советское наследие.

О советских нормах и микрорайонах

Основная проблема, которая стоит на пути развития городов – это советские устаревшие нормативные документы. Они писались в те времена, когда считалось, что микрорайон – это хорошая и удобная форма жизни в городе, единственно правильный вариант.

Времена изменились, мы перешли от плановой экономики к капиталистической, к свободному рынку, но документы никто не переписал. В них лишь вносятся небольшие поправки, которые не меняют сути.

Все наши ДБН (государственные строительные нормы – авт.) регламентируют количественные показатели: квадратные метры или что-то еще на человека. В то же время они ничего не говорят о показателях комфорта, о том, что на самом деле нужно людям для жизни.

Во времена Советского Союза земли было много, ее никто не считал, по всей стране строились все новые города. В современной Украине новые города не строятся, а микрорайонной системы уже не существует. Выполнить советские нормы, например, во Львове или Ивано-Франковске практически невозможно. Там уже сложилась своя среда, и она лучше работает, чем в микрорайонах. По сути, сейчас речь идет о возврате к гуманизму и общечеловеческим ценностям.

Кроме того, в ближайшее время мы будем иметь дело с освоением уже существующих территорий, а не со строительством новых городов.

Нужно, чтобы муниципальных пространств было как можно меньше, а пространств, которые принадлежат людям и где они могут проявлять свою ответственность – больше

Самый простой способ изменить ситуацию – это отменить старые нормы и взять за базу успешный опыт стран Восточной Европы, которые также были в соцлагере и сталкивались с теми же проблемами. Проанализировав, как там строят новые районы и что делают со старыми. Почему бы нам не использовать успешный опыт, а не тащить за собой советское непосильное наследие?

Альтернативой микрорайонов может быть квартальная застройка с четкой градацией пространства. Так, чтобы муниципальных пространств было как можно меньше, а пространств, которые принадлежат людям и где они могут проявлять свою ответственность – больше. 

Оболонь, 80-е

Среднеэтажная квартальная застройка – это живая среда с активными первыми этажами, общественными пространствами, между которыми можно передвигаться, с набережными. Фактически место, где можно жить, работать, отдыхать и не выходить оттуда вообще.

Таким можно представить себе Подол. Там уже есть все – общественные пространства – Контрактовая, Почтовая, набережная, хорошая доступность к островам, куда можно поехать на велосипеде и покупаться.

Однако цифры инвестиций и квартальная среднеэтажная застройка не ложатся на украинское законодательство.

Работая над одним из проектов, мы решили узнать о европейском подходе к строительству жилых районов, и отправились в Барселону, где есть большой кластер квартальной застройки.

Оказалось, детские сады и школы там встроены в квартальную ткань. Они не требуют отдельных участков на несколько гектар, а занимают фронт одного из кварталов. При этом там, конечно, нет футбольного стадиона и огромных ничем не занятых территорий. Зато есть спортплощадка, примыкающая к окнам жилых и офисных домов.

Барселона

По нашему же нормативному законодательству на постройку школы нужно не менее одного гектара. В итоге мы получаем большое поле, на котором где-то с краю стоит небольшая школа и детский сад, рядом – большой стадион.

Микрорайон – это когда люди живут друг от друга далеко, ездят на машинах, не создают короткие социальные связи. Когда же ты знаешь соседей по двору, можешь наладить коммуникацию, создать комьюнити. Так работает система в западных городах

В одном из проектов нам предстояло освоить большую территорию, на которую по нормам приходилось четыре школы и девять детских садов. Они занимали почти четверть участка. Будучи инвестором, вы бы отдали четверть территории под функции, которые не принесут вам никакой прибыли?

Мы также решили посмотреть на эту проблему с точки зрения воспитательного и образовательного процесса и общались с основателями современных частных школ и садов. Оказалось, что школьники и детсадовцы еще больше нуждаются в маленьких камерных пространствах, чем взрослые. Детская психика более ранима. В то время как советский ДБН предлагает помещать детей на огромные поля.

 

Проект современной квартальной застройки от Buro-О 

О застройщиках

Украинские застройщики строят так, как привыкли. У них есть свои критерии – быстрее, дешевле, больше. Комфорт пока не является сферой конкуренции. Поэтому все новые дома – с низким качеством комфорта, если сравнивать с европейскими аналогами.

До 2007 года застройщики вообще не имели такого понятия как себестоимость строительства. Маржа была 300%, поэтому никого особо не волновало, вложил ты 500 долларов на квадратный метр или 600. В Киеве тогда квартиры продавались по цене 2000-2500 за квадратный метр.

 

Приорка и Минский массив 

Сейчас, когда застройщик должен считать каждую копейку, оказывается, что высокие дома строить дороже. Это прекрасная европейская тенденция, которая называется "считайте деньги". Вот, бензин подорожал, смотришь – уже пол-Киева ездит на Smart. Так же и со строительством, это позитивные тенденции.

Когда маржа упадет с 300-200% до 20%, как во всем мире, а застройщиков станет больше и они станут строить меньшими объемами, тогда начнется борьба за комфорт.

О городских комьюнити

Плотность – основная характеристика города, о которой, к сожалению, забыли. Чем плотнее живут люди, чем меньше между ними расстояния, чем больше среда насыщена функциями, тем лучше происходит коммуникация.

Систему нужно ломать с двух сторон – и снизу, и сверху. Политическая власть – это hardware, а инициатива снизу – software, мягкая сила

Микрорайон – это когда между функциями слишком большие расстояния, люди живут друг от друга далеко, ездят на машинах, не создают короткие социальные связи.

Когда ты знаешь своих соседей по подъезду, по двору, можешь наладить коммуникацию, создать организацию по управлению, комьюнити. Так работает система в западных городах. Когда в твоем подъезде – тысяча соседей, а двор запаркован сотнями машин, единственным твоим желанием является побыстрее спуститься вниз на лифте, прыгнуть в машину и уехать в квартальный центр города, где можно пройтись по улице или посидеть в кафе после работы.

 

Варшава

Любой город состоит из трех типов городских пространств – общественных, коллективных и личных. В советской застройке практически нет коллективных пространств. Люди чувствуют ответственность только за состояние своих подъездов. Дворы слишком большие, договариваться со всеми соседями неудобно. Максимум, как они способны объединиться – это в рамках одного или двух этажей. Там могут поставить цветы или выходить на лестничную клетку покурить. 

Эту систему нужно ломать с двух сторон – и снизу, и сверху. Политическая власть – это hardware, а инициатива снизу – software, мягкая сила. Когда они договариваются, продуктом становится какое-то социальное благо, когда же они не пересекаются, мы имеем то, что имеем.

О Контрактовой площади

 

Проект-победитель в конкурсе на реконструкцию Контрактовой от Buro-O

На реконструкцию Контрактовой площади у нас очень большие надежды, мы думаем, что рано или поздно там начнут что-то делать. Пока же там, к сожалению, не делается ничего. Поменяли асфальт, нарисовали новую разметку на дороге, нанесли пешеходные переходы. Правда, забыли самый важный, а через два месяца дорисовали, потому что люди ходили по центру дороги.

У нас есть опасение, что скоро эти изменения начнут выдавать за реконструкцию Контрактовой площади. Но мы надеемся, что этого не случится, и нам еще дадут поработать.