Продолжаем писать о том, чем живут киевляне во время войны. Мы уже рассказывали о фуд-стилистке Ольге Драч, которая эвакуировала из города более 40 кошек, зооволонтерке Марие Ерохиной, об IТишнике Андрее Галиче, который вернулся в Киев, чтобы стать в ряды территориальной обороны, и о ювелире Антоне Бойко, который делает бесплатные украшения.

На этот раз мы записали разговор с Риной Старчеус. Ей 32 года. Она – мать двоих детей, head of product в IT-компании и мотогонщица.

Рина надевает эльфийские уши, завязывает яркий платок на манер арафатки и развозит на маленькой красной машине тонны помощи для военных. А еще она организовала целый отряд "Украинских боевых ведьм" и регулярно делится историями, поднимающими боевой дух и вдохновляющими других.

О жизни до и во время войны

Эта война началась совсем давно. Даже не в 2014 году, намного раньше. Это становится понятно, как только открываешь учебник по истории. Почти все мои друзья были на Майдане, многие – в ВСУ.

8 лет назад я тоже помогала армии, но у меня тогда были совсем маленькие дети, и я не могла включаться на 100%, но все равно куда-то ездила, находила необходимое, работала с фондом Дианы Макаровой.

На 24 февраля у меня было много планов. Я как раз купила старшей дочери новые кроссовки, мы должны были ехать на тренировки, а через несколько недель – на соревнования, к которым она готовилась всю зиму. И я, и мои дети очень активно занимаемся мотоспортом, это буквально наша жизнь.

Позвонил друг, сказал: "Началась война". Надо было действовать. Я пыталась уехать с Оболони, но именно в это время начались столкновения с ДРГ. Поэтому мы пересидели с детьми в подвале. И что я хочу сказать: для меня именно эти часы были самыми страшными.

Через несколько дней я впервые попала под обстрел, когда ездила за кошачьим кормом, и это было не так страшно, как просто сидеть в подвале и не знать, что происходит снаружи

Поэтому я сначала поехала к родителям в Киевскую область, а потом с приключениями отправила всех родных в безопасное место на западе страны. Сама, конечно, осталась в Киеве.

Даже когда мы вместе были в селе, я пытались всех чем-то занять: организовала родителей, чтобы обустраивали подвал, дети плели сетки, я мешала коктейли Молотова и выезжала по делам.

Это самый лучший способ бороться со страхом – просто что-то делать. Отличный терапевтический эффект.

О помощи военным

Конечно, как только я отправила семью в безопасность, пошла в ТРО. Меня взяли только в резерв. Дело в том, что я очень миниатюрная женщина. И хотя я всю жизнь занималась спортом, историческим фехтованием, была каскадершей, мне в очередной раз сказали: "Оружие тебе не дадим. Но можешь помогать по-другому".

Разрешение на оружие я все равно позже получила. Но сразу активно включилась в обеспечение армии и другие задачи. Отгрузить медикаменты для 2 батальонов на Николаев, пробивать по базе номеров ДРГ, искать и закупать термобелье в нереальных объемах.. вот это все и чуть-чуть больше.

Отправить несколько фур тепловизоров из Эстонии? Без вопросов. Почему-то мне раньше казалось, что это очень сложно. Почти невозможно. Но как любит говорить мой тренер: "Когда занимаешься правильными делами, дорога сама ложится под ноги". 

Все каким-то чудом складывается. Только кто-то попросил разгрузки – на следующий день кто-то уже знает, где их найти. И так все время

Даже когда у нас в одной из поездок под Белой Церковью сломалась коробка, друг за час нам просто нашел другую машину и мы поехали дальше выполнять задачи.

Еще мы с друзьями из штатов собрали деньги на профессиональный дрон. Теперь новый вызов для меня – присоединиться к аэроразведке.

Мне не кажется, что я делаю многое. Я просто делаю то, что могу. И пользуюсь тем, что у меня мало страха. Я много раз попадала в аварии на мотоцикле, ломала кости и становилась на ноги заново. Я не держусь за жизнь так сильно. У меня легкий и вспыльчивый характер. Так что я могу быть там, где другим страшно, а мне нет.

Об "Украинских боевых ведьмах"

Эта история появилась как шутка, но превратилась в важную психологическую поддержку волонтеров по миру.

С тем, что меня называют "ведьмой", все ясно. Во-первых, у меня рыжие волосы. Еще в феврале я одолжила у друзей эльфийские уши для детей, надела, чтоб не потерять, и так ездила в них дальше. Завязала яркий платок. Ну, ведьма как есть! Еще и в зеленой флиске и бронике, как на ролевых играх 15 лет назад.

Как-то все это переросло в моду. Девушки из Коломыи прислали мне еще платок, и подруги тоже их стали носить. Потом я увидела, что Андрей Ермоленко рисует шевроны. Там как раз было об "Украинских боевых ведьмах". Подумала, что было бы круто их отшить. Получила от него разрешение. Даже не ожидала, что столько людей попросят сделать себе такие же.

Эти шевроны – как знак, что человек – часть сообщества, и он тоже делает что-то важное. Волонтерам очень не хватает этого.

У военных обычно все четко: "Ты – герой! Выполнил боевое задание? Получи вознаграждение и еще какие-то плюшки". А волонтеры каждый день вкладывают кучу денег, времени и сил и остаются почти незаметными.

Я, как и многие мои друзья, вложила в победу уже десятки тысяч гривен. Все, что я откладывала на новый мотоцикл

Теперь в нем нет смысла, потому что мой мототрек "Чайка" разрушен, леса заминированы, я не думаю, что в ближайшие годы у Украины будет место для мотоспорта. Так что я все вложила в помощь армии.

Что-то похожее делает множество людей. Такие шевроны – это способ сказать: "Мы – вместе. Ты – клевая. Если ты что-то делаешь для победы, ты уже делаешь достаточно".

О том, как сохранять спокойствие

Я заметила такую ​​вещь: чем ты дальше от эпицентра событий, тем страшнее. Несколько дней назад был обстрел "Градами" по моему району. Дом трясло. Я проверила завещание, сварила себе кофе и пошла смотреть фильм. Потому что "Грады" – это не то, на что я могу повлиять.

Я была почти спокойна. Я не хотела отдать врагу ни минуты своей спокойной жизни. Тем более если  это были бы последние минуты

В то же время мои родители  звонили мне в страшной панике и истерике из Закарпатья. И это постоянный парадокс: люди в Киеве более спокойные, чем люди в безопасности.

Еще лучше, если ты можешь общаться с военными, чем потреблять новости, где все время либо "тотальная победа", либо "тотальное предательство". Очень тяжело выдержать все это, если ты реально не можешь ни на что повлиять и получаешь только куски информации.

В первую очередь для таких людей я снимаю кучу видео из наших поездок: "Вот синее небо. Вот люди, которые нас защищают. Работа делается. Жизнь продолжается".

Я спокойна, потому что, в отличие от многих других, я не мечтаю все время вернуться к довоенной жизни. Я не скучаю по тому, что потеряла. В моей жизни было много испытаний, и я просто воспринимаю это как очередное.

Честно, у нас не было возможности избежать войны. Война уже произошла. Она есть. Так зачем себя мучить разными "если бы"?

Война – как дождь. Он не спрашивает, хочешь ли ты, чтобы он шел. Но у тебя есть выбор: открыть зонт и идти самому, спрятать под ним кого-то еще, танцевать под дождем, или искать укрытие. И вот этот выбор никто не может отнять.

С началом войны я задала себе вопрос: "Что я могу сделать? Кем я хочу быть здесь и сейчас?" И выбрала себе честную роль.

Это сродни работе в IT. Волонтерство на войне – это как проект, в котором горят дедлайны, все нужно на вчера и нужно привлечь кучу людей

Такие задачи – это моя стихия. В IT нельзя мотивировать только деньгами, нужно собирать своих по ценностям, объединять, вдохновлять, раздавать интересные задания и координировать. Ну вот этим я и занимаюсь сейчас.

Я понимаю, что есть варианты "страдать" и "делать". Выбираю "делать", и это все время мне придает силы двигаться дальше.

 

Фото предоставлены героиней